На главную

Мерзляковский пер. 11

Москва, 121069,
Мерзляковский переулок, д. 11

(495) 691-05-54

Участники экспедиции:

Константин Корзун (руководитель экспедиции)
Владимир Поздняков (преподаватель колледжа)
Сергей Борисов (преподаватель колледжа)
Анна Ромашкова (преподаватель колледжа)
Анна Ефанова
Наталия Никонова
Юлия Кабакова
Ольга Ромашкова
Екатерина Бойцова
Анастасия Лопатина
Антонина Ольшевская
Кирилл Кузьмин
Дина Горностаева

О районе


В поле

Вологодская область, как считают исследователи, была заселена человеком в очень далекие от нас времена, еще около Х тысячеления до н. э. Ближе к историческому времени в эти края приходят финно-угорские народы, известные в русских летописях как чудь, мурома, пермь. От этих народов до наших дней сохранилось множество топонимов (например, названия рек с окончанием на «-юг», множество названий деревень). Славяне приходят сюда впервые в V-VI веках, к XII веку на Вологодчине существуют уже три городских центра: Белоозеро, Луковец и Устюжна.

Территория вдоль реки Юг, находящаяся сегодня на территории Никольского района, осваивалась выходцами из Новгорода. Временим их прихода сюда обычно называют XIII век. Имели место военные столкновения с чудью, коренными жителями края (еще вначале XX века в народе бытовали соответствующие легенды). Многие драматичные и сложные периоды русской истории были связаны с этими землями: борьба за них между Новгородом и Ростовом, позже — между укрепляющейся Москвой и Новгородом, они были важным опорным пунктом русского государства в период монголо-татарского ига и польско-литовской интервенции. Позже, когда эти грозные события остались позади, Никольский уезд стал тихим уголком России, далеким от крупных событий.


Дом в Никольске

Сегодня главный источник дохода для жителей района — лес. Здесь действуют несколько вырубок, в самом городе есть деревообрабатывающий завод. Благодаря наличию производств в деревнях можно найти работу. Однако, во многих домах сохраняется ужасная нищета — нет электричества, внутри мрачно и неопрятно, на полках стоят явно востребованные керосиновые лампы…

При этом жители, как и повсюду в нетронутых городским менталитетом районах, удивительно радушны. Всегда можно было рассчитывать на то, что водитель попутной машины подвезет группу до нужной деревни, не попросив ничего за это. Один раз водитель даже сделал ради нас изрядный крюк, узнав, чем мы занимаемся. В каждом доме обязательно накормят и напоят чаем, даже если у хозяев к нему и сахару нет.

Прекрасна природа этих мест. Дремучий северный лес, заросший белесыми мхами и лишайниками, где некуда ступить от обилия черники и костяники, полный подберезовиков (здесь их называют «обабки») и подосиновиков! Некоторые участники экспедиции последний день в Никольске целиком посвятили сбору грибов и ягод, порадовав близких замечательным черничным вареньем.

Традиция


Река Юг на закате

В. М. Щуров, побывавший в Никольском районе в 1963 г., в своей книге «С рюкзаком за песнями»1 писал:

«Сам состав бытующих здесь жанров был крайне ограничен: колыбельные, свадебные и похоронные причитания, редкие лирические, свадебные, частушки под гармонику-«тальянку», звучавшие в нескольких деревнях. Напевы можно было буквально пересчитать по пальцам. <...>

Еще что очень удивило меня: буквально все напевы имели узкий диапазон, предельно лаконичную форму и воспроизводились группой певиц почти в унисон, с редким кратковременным расхождением вокальных линий.»

Мы же, спустя сорок лет, столкнулись с почти полным отсутствием песен. В первый день пребывания в районе, пренебрежительно отказавшись от какого-то известного романса, на второй об этом уже жалели, а на третий уговаривали бабушку спеть ну хоть одну частушку!


Поля

А такую характеристику дал жителям района Г. Н. Потанин, несколько лет живший в Никольске в 1870-х годах2:

«Лесной характер страны и отсутствие частых сношений с соседями отражаются на образе жизни населения; главные черты этой жизни — малые материальные потребности и почти полное отсутствие духовных.»

Отсюда, видимо, и отсутствие развитой песенной традиции. Обрядовых песен в районе сейчас нет совсем, и даже старые исполнители не помнят, что они в принципе были. Все вытеснили частушки, причем, видимо, достаточно давно. Они использовались в свадебном обряде, заменили собой рекрутские песни, лирические. Бывают даже похоронные частушки! Они называются «частушки про уме́р». Несколько образцов были нами записаны в деревне Аргу́ново:

Схоронили милова
В глубокую могилушку,
Кое-как прозимовала
Нонешнюю зимушку.


На сеансе

При этом редко, но удавалось записать свадебные и похоронные причеты. Имеют место такие жанровые крайности в этом районе — причеты и частушки…

Зато частушки очень разнообразные. Например, здесь есть «женские» частушки и «мужские» (они отличаются порядком повторов строк), есть долгие («слезомойка» — аналог «страданий») и «по пляске». Сопровождение почти обязательное. Практически в каждой деревне есть гармонист или тальяночник. Если нет гармониста, поют под язык (исполнители голосом подражают звучанию гармони или балалайки) — мы записали несколько очень виртуозных примеров. А в крайнем случае в качестве сопровождения используется какой-нибудь шумовой инструмент: например, совок или печная заслонка.

Но все это мы поняли, только поработав несколько дней. В целом же экспедиция получилась бедной по материалу и при этом полной довольно бестолковыми происшествиями. Итак, еще не подозревая о том, что нас ждет, мы приехали в город Никольск.

Первые дни


Деревня Ка́рныш

Неколько первых дней ушло на ознакомление с местной традицией и осознанием того, что она очень бедна интересующим нас материалом. Пробовали спрашивать про свадебный обряд, который в Вологодской области вообще был сильно развит (см. страничку про Тарногский район). Здесь мы услышали немало забавного. Носители традиции совершенно не разделяли в своем сознании действительно старые детали обряда и новые, появившиеся совсем недавно, а то и вовсе случайные. Так, в деревне Займище, при довольно обстоятельном рассказе о свадебном обряде, бабушка сообщила, что на свадебном пиру молодые должны читать какую-то большую толстую книгу. Что это за книга, она не знала — сослалась на неграмотность. А в деревне Аргу́ново живет Анна Даниловна Карандашева, неизменный участник всех местных свадеб. Но она не плачея — она автор напутственной речи для новобрачных. Речь была нами записана, а исполнительница относилась к ней, как к важной части обряда — такой же важной, как, например, варка пива.


Пейзаж возле деревни Аргуново

В той же деревне Аргуново нами был записан довольно искусный гармонист Фёдор Михайлович Горбунов. Сыграв несколько традиционных наигрышей и несколько советских песен, он сказал: «Все, не могу больше, путаюсь. Начинается у меня произвол головного мозга́».

В деревне Никольская, как нам сказали, живет хороший гармонист. После недолгих распросов нашли его дом. Когда мы зашли внутрь, оказалось, что гармонисту 15 лет, играет он на какой-то детской гармошке и знает один наигрыш, похожий на песню «Во саду ли, в огороде», с невнятным гармоническим сопровожденим. Тем не менее, исполнитель был объявлен по всей форме, а наигрыш — записан. Во время исполнения мы с трудом сдерживали смех, но, чтобы не обидеть хозяев и исполнителя, пытались сохранять серьезный вид.

Тальяночники


Михаил Васильевич Бревнов с тальянкой

В районе живет множество исполнителей на тальянке — особом типе гармони. Диапазон и количество клавиш на тальянке меньше, чем на гармони, звук у этого инструмента специфический, несколько более резкий. Тальянки никогда не выпускались серийно — все они только мастеровые. Наверное, поэтому исполнители очень ценят свои инструменты, относятся к ним бережно и ласково. Тальянки бывают разных конструкций, некоторые снабжаются колокольчиками на корпусе.

Поскольку ситуация с песнями в районе оказалась не самой хорошей, наигрыши на тальянках стали наиболее интересной частью собранного материала. Нами были записаны как сольные наигрыши, так и частушки в сопровождении тальянки.

Мария Константиновна Корепина


Мария Константиновна Корепина

Несомненной удачей экспедиции стал сеанс с Марией Константиновной Корепиной из деревни Холшевиково. От нее были записаны несколько свадебных причетов, исполняемые в разных обрядовых ситуациях: причет невесты-сироты, причет, «когда отдают сило́м», т. е. против воли невесты, причет на заплетание косы и еще несколько других. Кроме того, она вспомнила благословление матери, приговорки дружке и другие интересные детали обряда. Были записаны несколько колыбельных.

Но самым главным результатом сеанса был, несомненно, похоронный причет по мужу. Исполненные на скупой, очень строгий мотив из трёх звуков3, слова этого причета красивы и поэтичны. Вот его отрывок:

Уш ты милая ладушка,
Ды оставил-то ладушка
Ты меня-то горюшицю
Со сердешным со детонькям
Ты одну-одинёшенькю.
Да как жить, не погинути,
С горюшка́ не посохнути?
Дак уш я-то горюшиця
Без тебя-то уш, ладушка,
Я слёзам умываюся,
Рукавам утираюся.
Дак я живу уж, горюшиця,
Я одна, одинёшенька
Со сердешным-то с детонькям,
Я живу, да уж маюся.
Я скатилася с гороцьки
Да во синёё морюшко,
Синёё, кацькёвитоё.
Посреди моря синёва
Уж как мне-то, горюшице
Не пристать, не приехати,
Не к которому берешку.
Да у правова берешка
Дак осока колюцяя,
У второва у берешку
Да крапива жгуцяя...

Пиво


Пивовары из деревни Никольская

Наиболее ярко и прекрасно сохранившая традиция — варка пива к праздникам. И уж никак без пива не обходится свадьба. Первое, что вспоминают исполнители после вопроса о старинной свадьбе: «Наварят пива́».

В деревне Никольской нам посчистливилось увидеть процесс приготовления пива почти полностью — начиная с варки сусла. Пивовары рассказали об этом процессе очень подробно. Пиво готовят из пророщенной ржи. Для этого зерна вымачивают три дня в реке, потом некоторое просушивают и «загнетают», т. е. кладут под груз. Через два-три дня зерно становится сладким, его снова просушивают и затем размалывают. Получается солод.


Пивовар мешает сусло в лагуне

Солод разводят холодной водой в огромном деревянном баке — «лагуне» — и доводят до кипения, опуская в лагун докрасна раскаленные камни из костра. Готовность сусла проверяется «зеркалом» — свернутой в треугольник соломинкой, которую опускают в сусло. Если «зеркало» затянуто пленкой — сусло готово. Его сливают и процеживают, потом вносят хмель. В сваренное с хмелем сусло добавляют дрожжи, оно бродит. Затем пиво еще несколько раз фильтруют. Никольское пиво получается светлое, густое, горькое и довольно хмельное.

Нам рассказали, что даже в годы репрессий, когда изготовление любого алкоголя дома строго каралось, местные власти, формально поддерживая эту линию, на деле не могли или не решались запретить пивоварение — настолько сильной была эта традиция.

Ярмарка


Одна из центральных улиц Никольска во время ярмарки

Наверное, главное событие года в Никольске — «ярмарка», которая проходит в последнее воскресенье июля. Со всего района приезжают люди и чтобы продать свои товары, и чтобы купить нужную вещь. Кроме того, как и положено на ярмарке, была представлена некоторая «культурная программа» — выступления народных коллективов, театра кукол, исполнителей эстрадной песни и т. д. Однако, более всего «ярмарка» напоминала большой московский рынок: центральная площадь и прилегающие улицы заставлены синими палатками, с которых продают все, что угодно, на каждом шагу — плов, шашлык, шаурма (и сюда добралась), естественно, пиво (заводское), толпы толкающихся людей. Сложилось впечатление, что многие приходят на ярмарку не за покупками, а чтобы погулять, поесть и выпить.

Проходил в рамках «ярмарки» и конкурс пивоваров. Оказалось, что пивовары из д. Никольской, работу которых мы видели за несколько дней до ярмарки, варили пиво как раз для участия в конкурсе. Выглядел конкурс очень колоритно — на поляне полукругом стоят столы, на них и под ними — большие бочки с пивом, вокруг толпится народ.

Последствия «ярмарки» были весьма ощутимы на следующий день. Вся центральная часть Никольска была завалена мусором — пустыми бутылками, одноразовой посудой. Убирали все это потом несколько дней.

Итоги

Конечно, планируя экспедицию в Никольский район, мы рассчитывали на боле обильный песенный материал, а песнями экспедиция оказалась крайне бедна. Зато мы познакомились с интересными и необычными типами частушек, записали несколько прекрасных причетов, услышали яркую игру тальяночников и гармонистов, увидели процесс варки настоящего деревенского пива. Надолго запомнится могучая и суровая природа этих мест, леса с грибами и ягодами, и, конечно, чудесные, добрые и радушные люди — жители сел и деревень.


Мерзляковцы в Москве

 

Ссылки

Район на Google.Maps
Район на Яндекс.Картах

Никольский район на сайте правительства Вологодской области

Сноски

1.(вверх) Щуров В. М. С рюкзаком за песнями (Записки собирателя). Москва, Редакция журнала «Самообразование», 2005.

2.(вверх) Потанин Г. Н. Никольский уезд и его жители. Древняя и новая Россия, 1876. Переиздано в кн.: Никольская старина. Исторические и этнографические очерки. Вологда, «Древности Севера», 2000.

3.(вверх)
 

 

Автор текста: К. Кузьмин

© Вебстудия ФГБПОУ «Академическое музыкальное училище при МГК имени П.И.Чайковского», 2006-2019
Москва, 121069, Мерзляковский пер., д. 11. Тел.: +7 (495) 691-05-54

Меню сайта

закрытьМеню сайта

Сведения об образовательной организации

История Училища

Абитуриентам УЧИЛИЩА

Абитуриентам ШКОЛЫ

Студентам

Методика

Музыкальная школа

Сектор педагогической практики

Конкурсы и фестивали

Проекты

Мультимедиа

Масс-медиа

Концерты

Библиотека

Общежитие

Архив

Противодействие коррупции

Обработка персональных данных